Арсений помчался вниз сломя голову, перескакивая через три ступеньки, мысленно благодаря судьбу за то, что она предоставила ему шанс догнать девицу-повара, и проклиная себя за собственную несообразительность. Между третьим и вторым этажами ему повстречалась тетя Даша, занятая утренней уборкой подъезда, – маленькая и сухонькая, законсервированная в давно минувших своих пятидесяти годах, всегда улыбающаяся грустной улыбкой.

– Здрасть, теть Даш! – отрапортовал Арсений, на ходу перепрыгивая через алюминиевое ведро и устало прислонившийся к нему веник.

– Здравствуйте, Сенечка, – проговорила вслед тетя Даша, явно чему-то удивившаяся.

Ну подумаешь, скачет по лестнице лохматый мужик в незастегнутых мятых шортах – чему удивляться-то? Может, это у него такая утренняя пробежка? Не всем же нарезать круги на стадионе, иногда полезно и по лестнице побегать… Было бы у него время, он бы объяснил тете Даше про стадион…

Запыхавшись, он остановился напротив дверей лифта, для верности уперся руками в стену с обеих сторон, чтобы не осталось у девицы никаких шансов на побег. Упускать ее было нельзя, потому что за такой короткий срок он уже едва ли сможет найти нового профессионального повара, и, значит, кирдык-капут Федорову дню рождения, и товарищей-первоклассников придется провожать по домам несолоно хлебавши… Эх, это ж надо было так опростоволоситься, а?

Лифт плавно приземлился, призадумался на несколько секунд, стоит ли отдавать на растерзание Арсению Волку несчастную девицу-повара, и все-таки распахнул двери.

Глаза у девицы были огромными и круглыми, когда Арсений запихивал ее обратно в лифт. Закричать она не успела, но то, что успела ужасно испугаться – это было очевидно.

– Это я! – успокоил ее Арсений. – Вы не пугайтесь!

– Вы… кто? – пробормотала она, все еще не понимая, что это не ограбление и не изнасилование.