Где-то глубоко внутри Ликвидатор понимал, что от него чего-то требуют, но выбираться из уютной колыбели сна совершенно не хотелось. Олегу привиделась рыбалка, и он уже вытаскивал спиннингом офигительных размеров щуку, как все разом оборвалось, и вот его тормошат, да еще и щипают для верности.

— Давай, вставай! Хватит валяться!

— Ленка, ты что, вконец спятила? Сколько время? Блин, полчетвертого, какого лешего! Слышишь, Санька орет, лучше пойди и успокой ребенка!

— Вот сам вставай и успокаивай! Отныне я не мать, а ехидна. Сам со своим сыном возись. Я уже пятый раз за ночь ему пеленки меняю, хватит! Это твоя была идея — от памперсов отказаться, вот и вперед! Он теперь каждый раз, как по-маленькому сходит, орать начинает. А раньше, между прочим, спал, как мышонок!

— Лена, не начинай заново! Я ж тебе не просто так статью приволок, там все очень подробно объяснено, что все эти твои памперсы — это черт знает что! Особенно для мальчишек! Вот вырастет больным, сама потом намучаешься его по врачам таскать.

— Отлично! Раз ты так радеешь за здоровье сына, то вставай и переодевай его в сухое. Кстати, у него от этих пеленок уже раздражение на коже началось, и тальк не спасает. Между ножек все красное, натертое.

— Лучше раздражение на коже сейчас, чем импотенция потом.

— Во-первых, не импотенция, а бесплодие, если ты внимательно свою статью читал, то должен был запомнить. А во-вторых, уж не ты ли будешь Саньке раздражение лечить? Опять все на меня свалишь, а сам бегом из дома, лишь бы только не участвовать. Так что нечего валяться, иди и займись сыном. Имей совесть, в конце концов! Я, между прочим, уже и не помню, когда нормально высыпалась. А на мне и стирка, и готовка, и уборка. Хоть бы в чем-нибудь помог, я ж не двужильная!

— Другие как-то справляются, только у нас все вверх дном!