– А может, вместо этого попробовать чтение мыслей? Я сказала:

– Давайте.

Именно с этого слова все и началось.

– Вам надо быть не здесь, – произнесла Нора-ясновидящая, делающая вид, что она астролог. – Где же вам надо быть?

– Может быть, за моим компьютером, – попыталась пошутить я.

Но все– таки это она ясновидящая, а не я. Разве это не она должна прорицать, где мне надо быть.

– Вы любите какого-то человека. Вы его безумно любите, но что-то вам мешает. Этой любви что-то не дает осуществиться. Что же это?

Я смотрела на нее, открыв рот. Как это ни странно, но я потеряла дар речи. Она подошла удивительно близко к правде, но, даже если бы мне воткнули иголки под ногти, я не сказала бы ей ни слова. В последнее время я познакомилась с огромным количеством так называемых медиумов, которые пытались угадать, что со мной.

Кроме того, мне показалось, что эта женщина не читала даже настольный справочник предсказателя.

Нора выглядела не так, как положено предсказателю. Хироманты и им подобные обязаны выглядеть загадочно: с выбритыми, а потом нарисованными где-нибудь в другом месте лица бровями, с серьгами размером с колесо в ушах, и с плечами, завернутыми в шарф из дешевого цветастого шелка. Но Нора ничего подобного не делала. У нее было милое круглое лицо, большие карие глаза, темные, модно подстриженные волосы. Одета она была в обычный выходной костюм. Это была нормальная, приятная женщина. Ничуть не странная.

Ладно, допустим, она не знает, какая мода у ведьм, но почему она говорит не то, что ей полагается говорить? Она должна рассказывать мне, что скоро я встречу высокого, темноволосого мужчину и т. д. и т. п.

И уж конечно, она не должна задавать мне вопросы.

Я глубоко вздохнула.

– Не могу вам сказать, что не дает осуществиться моей любви, потому что я ни в кого не влюблена.

Я говорила с едкой иронией. Психотерапевты за несколько месяцев убедили меня, то нельзя любить того, кого нет. А кроме того, мне очень не понравилось, что Нора не стала мне обещать встречу с кем-нибудь, а сказала, будто я уже люблю кого-то. Уж я-то знала, что это не так. У меня не было никого, никого из плоти и крови. Я подумала, что она самый скверный медиум, которого я когда-либо встречала.