Здесь их дом. Они не хотят расставаться друг с другом. Не хотят, чтобы их сдали в утиль. Не хотят жить на пенсию. Они еще далеко не старики, впереди у них лет двадцать, а то и больше.

Страх за свое будущее обостряет горе утраты.

А потом Бартлетт кое-что вспомнил.

Этот высокий, красивый, исполненный достоинства человек казался островком спокойствия в бушующем море. Его добрые карие глаза устремились на Венди. В них не было и тени сомнения.

— Няня Рэббитс, вы можете спасти нас. Мистер Винсент ждал от вас этого.

Она печально покачала головой.

— Мне ужасно жаль, Бартлетт, но я не могу изменить его завещание.

— Вы обещали ему… Я слышал. Это было вечером накануне его смерти. Помните, незадолго до прибытия гостей он попросил меня налить вам обоим шампанского?

— Да. Но мы говорили не всерьез…

— Нет. Я точно помню его слова: «Обещай мне, что, когда Нор вернется, ты попробуешь». И вы пообещали. Чокнулись с ним и сказали, что попытаетесь.

— Бартлетт, это была всего лишь шутка.

— О нет! Нет, нет и нет! — всполошилась миссис Севенсон. — Няня Рэббитс, мистер Винсент относился к этому очень серьезно! Он много-много раз говорил всем нам, что хочет, чтобы вы вышли замуж за мастера Нора, — с горячностью добавила она.

— Он всегда обращался с вами, как с членом семьи, — вставил Оливер. — Только об этом и думал. Хотел узаконить.

Мистер Бэрри, понимавший, какая опасность грозит его драгоценным садам (а вдруг новому хозяину взбредет в голову снести их и выстроить на этом месте жилой массив?), тоже счел нужным сказать свое слово:

— Свести вас с мастером Нором — это что-то вроде перекрестного опыления.

— А учитывая, что мистер Винсент той же ночью ушел от нас, — торжественно добавил Бартлетт, — я думаю, все согласятся, что вы дали ему обещание на смертном одре, няня Рэббитс. От таких обещаний не отрекаются.