Мартов, извинившись, встал и подошел к «мазде». Елена Васильевна спала на заднем сидении, прикрыв лицо шифоновой косынкой. Она дышала не глубоко и не ровно, тело ее не было достаточно расслаблено. Закрытое лицо довершало догадку Георгия. Она просто не хочет присоединяться к их компании. Кажется, в его стане появился если не враг, то недруг точно. Этого он не потерпит. Если Стеблова не успокоится, то многолетний этап ее работы в их доме будет завершен. Что она так бесится? Уж не собиралась ли она сама править балом? Какая чепуха! Жалко будет расставаться. Бросив последний взгляд на Елену, тихо сказал: «Желаю тебе, Еленочка, проснуться поумневшей».

Лита допила кофе и отошла в сторону, собираясь покурить. Под осуждающим взглядом Мартова она щелкнула зажигалкой. Сигарета была долгожданной. В машине она курить не станет, хотя Георгий прав – с никотином надо завязывать. Не женское это дело, распространять запах пепельницы. От нее должно пахнуть свежестью, чистотой, духами.

продекламировал Георгий.

– Боже мой, отголоски Шекспира смешались с неприкрытой самодеятельностью, – рассмеялась Лита.

– Попрошу без издевок. Шедевр родился только что, а его не оценили, – с наигранным разочарованием сказал Мартов.

– Оч-чень даже оценили, Гера. Не каждый найдет смелость примазаться к славе великого трагика. Да и с лужами на асфальте напряженка, – теперь смеялись оба.

Игорь с Сашей переглядывались без слов. Давно они не видели Мартова в таком настроении, на таком подъеме. Никто прежде не замечал его интереса к длинным ножкам и смазливым личикам. Сейчас Георгий Иванович в их глазах поднялся на недосягаемую высоту. Кажется, без особых трудов он очаровал такую шикарную блондинку с грустными глазами цвета прозрачного неба. На Литу они смотрели с восхищением, ее красота и манера держаться тоже были по достоинству оценены. Почему такие экземпляры редки? Ребята, словно сговорившись, засмеялись. Оказалось, что подумали они об одном и том же. Единственное, непререкаемое условие их успешной работы: охрана всегда должна быть рядом. Саша вспомнил, как вчера из-за этого правила Мартов взмолился.