Время в этот день тянулось до жути медленно и мучительно. Дел у Бертрама было много, но он никак не мог себя заставить засесть за них. Его занимало лишь одно: почему Дебора решила от него уйти.

Недовольства по поводу зарплаты она никогда не выражала, размышлял он, морща лоб. Расстались мы с ней перед моей поездкой на вполне дружеской ноте. А после последней вечеринки даже... О черт! Не это ли послужило причиной ее странного исчезновения? Нет... Нет! Наверняка нет.

Чтобы отвлечься от тягостных мыслей, он позвонил одному из потенциальных покупателей в Германии. Но уже через несколько мгновений пожалел об этом: сосредоточиться на предмете разговора удавалось с большим трудом. И когда собеседник извинился и, сославшись на необходимость срочно ехать на какое-то собрание, попросил отложить обсуждение пунктов договора на завтра, Бертрам вздохнул с облегчением.

Письмо Деборы все еще лежало на его столе, ежесекундно напоминая, что ее нет. Бертрам вновь и вновь пробегал взглядом по ровным красивым строчкам, как будто надеясь увидеть в написанном какой-то второй смысл. Наконец, когда буквы запрыгали перед глазами, он взял письмо, сделал из него самолетик и пустил по воздуху. Тот плавно пролетел над столом, свернул вправо и приземлился в мусорной корзине у противоположной стены.

– Вот и отлично! – Бертрам потер руки, на миг ощущая себя победителем. – Хватит хандрить! Дебора вернется, я уверен. А если даже и нет, то я без нее не умру.

Послышался стук в дверь.

Это она! – прозвенело в мозгу Бертрама, и он мгновенно перекинул ногу через подлокотник кресла, откинулся на спинку и даже успел засунуть в рот сигару из серебряного портсигара, лежащего на столе.

Пусть не думает, что она незаменимая, и что из-за ее исчезновения я схожу с ума, решил он и протяжно ответил:

– Войдите.

Это была не Дебора. А Селеста с новой временной работницей.