– Это сестра его жены, – просветила красотку Таня. – И сестра очень интересуется, кто вы, барышня?

– Да знаю я про его жену. Удивить меня хотела? – фыркнула блондинка. – И чего?

– Ничего. А вы, типа, временное явление – сахарозаменитель? Или вы на место моей сестрицы метите?

– Это как получится, – флегматично изрекла девица.

– Денис, а у тебя какие планы? – Таня с интересом взглянула на бордово-пятнистого донжуана.

– Какие надо, – буркнул тот.

– Ну ладно, не стану портить вам вечер. – Таня пожала плечами и быстро ушла. Ее трясло и колотило. Что делать со всем этим, она не представляла.

Александра Семеновна теребила край фартука. Взгляд у нее застыл, от чего лицо приобрело нездоровое выражение.

– Мам, ты чего? – Таня тронула ее за руку. – Давай решать, что делать. Это же кошмар.

– А ты рада, что оказалась права? – внезапно спросила мама и внимательно посмотрела на дочь.

Таня отнеслась к вопросу со всей серьезностью. Она помолчала, подумала, взвесив свои ощущения, и покачала головой:

– Нет. Мне казалось, что я буду рада. Потому что… Но это так дико. Я думала, что в обморок там упаду. Мне так плохо было только один раз, когда я гриппом болела. Знаешь, ничего не двигается, все тело ватное, и как-то даже наплевать, что с тобой произойдет. Хочется просто заснуть или отключиться. Мне и сейчас не хочется думать, как быть. Потому что в данной ситуации вообще невозможно как-то «быть». Хочется очнуться, когда все само разрешится. Но оно не разрешится само, да?

– Таня, пожалуйста, запомни на всю жизнь: все, что не имеет отношения к тебе лично, тебя не касается. Никогда не вмешивайся. Даже если ты будешь на сто процентов уверена, что знаешь, как поступить правильно. Это не твоя жизнь, а Ольгина. И если она ничего не знает, значит, так надо.

– Покрывать этого битюга?

– Нет. Просто самоустраниться.