– Софья, к тебе приедет погостить наша родственница Александра из Чугуевки.

– Когда? – Соня испугалась, что придется старательно выслушивать длиннющие рассказы старушки о родственных связях и таскать ее по музеям.

– Сегодня. Это внучка Александры Петровны. Помнишь, мы гостили как-то летом у них в Чугуевке.

Внучка несколько меняла дело. Тем более что Соня запомнила то лето на всю жизнь. Именно тогда она первый раз поцеловалась с Пашкой Зайцевым в каком-то сарае среди кур и прочей живности, и Пашкины слова любви казались ей лучшим, что было в ее одинокой жизни. В то лето ей было тринадцать лет. Потом каникулы кончились, Соня уехала, а Пашка остался. Больше они не виделись.

В этот момент в дверь позвонили.

– Это Александра, – предупредила мама.

– Уже?!

Действительно, на пороге стояла родственница из Чугуевки. Полноватая девица с толстой русой косой и без единого намека на косметику на скуластом загорелом лице. Говорила Александра полубасом, широко улыбаясь и показывая все зубы сразу.

– Здоровкайте, Софья Алексеевна! Чай, не ждали. Выскочили в одном бельишке.

– Это топик, – растерялась Соня.

– А это я, – Александра раскрыла свои объятия.

И обдала Соню запахом сена, ветра и чистого воздуха. Выбравшись из родственных объятий, Соня повела Александру на кухню. Вместе с родственницей на кухню перекочевали многочисленные котомки с деревенскими припасами.

– Вот, – радовалась Саша, разгружая сумки, – на прожитие хватит.

– А сколько нам жить? – поинтересовалась Соня.

– Недолго, – махнула рукой Саша, – вот выйду тут у вас замуж и съеду. Мужиков в деревне не хватает, понимаешь? Те, что есть – или алкаши, или лентяи. А у нас угодья, поля с картошкой, скотина опять же. Мужик нужен.

Ясненько, подумала Соня, родственница приехала надолго.