Мало ли что, вдруг действительно – она возьмет, а он позовет. Тем более что его профиль ей нравился. Да и голос у Севы был тихий и спокойный, он никогда не говорил на повышенных тонах. И, главное, Сева был разведен. Причины его разрыва с женой она не знала. Сплетничали о том, что он застал кого-то и где-то, но Соня никогда не интересовалась сплетнями, так же как и жизнью своих сослуживцев. Теперь же она решила показать Севе такой интерес, на который только была способна.

Сева Караванов разглядывал цветочки на обоях, натужно вспоминая, покормил ли он своего кота Леопольда или снова забыл это сделать. Если нет, то эта наглая морда заберется на кухонный стол и без зазрения совести сожрет оставшиеся с завтрака макароны по-флотски. А потом, в отместку, еще и нагадит в тапок.

Как раз в тот момент, когда Сева в красках представлял, как будет загаженной обувью гонять кота, перед ним возникла Соня. Севины руки забегали по разбросанным на столе бумажкам.

– Вы по поводу накладных, Софья Алексеевна?

– Ну, что ты, Сева, сразу про накладные, – Соня попыталась ласково улыбнуться, но оскал получился таким плотоядным, что Караванов внутренне содрогнулся. – К тебе разве нельзя просто так подойти?

– Можно, – промямлил Сева, с испугом глядя Соне в глаза, которые медленно превращались в зеленые щелки его наглого кота.

– Тебе сколько лет? – Соня прищурилась, прикидывая возраст Караванова.

– Тридцать три будет в среду, – Сева решил, что Романцева пришла по профсоюзной части, и немного успокоился. В прошлый раз профком заполнял какие-то анкеты и тоже интересовался его возрастом.

– Где же ты собираешься отмечать такую необыкновенную дату? – Соня неожиданно для самой себя взяла Караванова за руку.

– Дома, – Сева резко покраснел.

– С кем? – томным голосом пропела Соня.

– С Леопольдом, – тихо произнес Сева и медленно высвободил свою руку.

Вот так сюрприз! Романцева напрашивается к нему домой.