Сьюзен отвела глаза.

— Нет, я не выйду за вас замуж. Тетя с дядей очень хорошо ко мне относятся. Я здесь уже полтора года и уже стала считать этот дом своим.

Она кривила душой. Как бы ни относился к ней дядя, хотя бы в память о ее отце, он не потерпит, чтобы женщина срывала планы мужчин. Сьюзен понимала, что на самом деле выбора у нее нет. Раз уж Джамал решил выдать ее замуж, то он не отступит — как и этот мужчина, стоящий сейчас перед ней.

Бен не верил ни единому ее слову. Может, сейчас дом дяди и кажется ей идеальным убежищем, но так будет не всегда. Ибо несмотря на ангельскую внешность, в глазах Сьюзен то и дело мелькают бунтарские искорки, выдающие ее сильную натуру. Рано или поздно она неизбежно попытается вырваться на волю, пойдет ради этого на конфликт с Джамалом, и что тогда?

Бен внезапно ощутил прилив острой жалости, к которой примешивалось восхищение. Даже загнанная в угол, Сьюзен продолжала сражаться, хотя наверняка понимала, что проиграет. Впрочем, это ни на миг не поколебало его намерений. Бен никогда не бросал начатую игру, хотя и играл не в карты. Его полем была коммерция, и в своем бизнесе он достиг ошеломляющего успеха. Удача сопутствовала ему везде и всегда, в какие бы отчаянные махинации он ни ввязывался.

— Вашим домом, Сьюзен, будет мой дом. Я выбрал вас. Вы часть моего плана, а от своих планов я никогда не отступаю. Никогда не сдаюсь и никогда не останавливаюсь на полпути.

— Вот и применили бы свои замечательные качества в другом месте.

— Другого места не будет. И выбора у вас нет, вы сами это понимаете. Ваше будущее — это наш брак, — мягко произнес Бен.

Налетел легкий ветерок и сдул прядку волос на лоб Сьюзен. Она не сделала попытки отвести волосы от лица, и медово-золотистый локон колыхался легко, как перышко. Бен молча любовался игрой солнечного света на лице и плечах девушки. Солнце отбрасывало золотые блики на ее кудри, а в глазах мелькали аквамариновые искорки.