– А мне кого? У нас же новеньких нет. А чужих отбирать тоже некрасиво, это ж деньги. Нет уж, Татьяна, никого заменять не надо… да она со мной и не вредничает. Ну, подумаешь, прибежала ночью, так мне ж за это платят.

– Ой, Машка, всех денег не заработаешь, – вздохнула Таня. – И как ты только можешь? Одна пашешь как верблюд, а твой этот паразит, аскарид этот, только пьет, гад такой! А ты прям разрываешься вся! И дочка уже сколько времени на шее сидит! И невестку еще на себя же взгромоздила!

– Да никого я не громоздила, Иветту Санька содержит. Зойка тоже… учится… Да мне и нравится у тебя работать!

– Да уж… ни днем ни ночью покоя нет… Я вот хозяйка, волноваться должна, ночей не спать, а я… вышла из этого офиса, и голова не болит!

– Ну так понятно, у тебя ж сейчас другие заботы, – хитро улыбнулась подруга.

– Ой, Маш, и не говори! – засветилась счастьем Татьяна. – Вот столько лет жила, тащила на себе все, а не понимала, что тащит на себе все только лошадь… ну еще осел.

– Ишак тоже, – любезно подсказала Маша.

– И ишак, правильно… А женщина! – Таня откинулась на спинку кресла и закинула руки за голову. – Ой, Машка! Ну скажи, для чего придумали таких мужиков, какие у нас с тобой были? Болтались, точно гири на шеях! Настоящие мужчины знаешь какие должны быть?

– Как твой Ален Делон, да? – прищурилась Маша.

– Да!! Только такие! А остальных надо отстреливать! Или ссылать на отдельный остров, чтоб из баб кровь не пили!

– Это прямо по-настоящему отстреливать? Из пистолета, что ли? – округлила глаза Маша.

– Можно из автомата… или лучше пусть дробь! Да пониже спины! Чтобы сидеть не могли, а только работать-работать и работать!.. Маш, смотри! Ну куда ты смотришь? На уши смотри… нравятся?

– У тебя всегда были аккуратненькие ушки… – осторожно польстила Маша.

– Да какие аккуратненькие! Ты на сережки смотри! Нравятся? Это мне любимый подарил. С брюликами. Классно, да? – тихо радовалась Татьяна, а потом склонила голову. – Вот тебе твой Ромочка давно бриллианты дарил?