Когда-то они с Фейзалом любили промчаться на конях по этим барханам или, отпустив своих соколов, наблюдать, как высоко те парят в голубом небе. Помимо кровного родства братья еще были закадычными друзьями, пока однажды роковая страсть не разделила их раз и навсегда: оба влюбились в одну и ту же женщину. Захир слегка нахмурил брови. С тех пор он усвоил: любовь обладает разрушительной силой, и он никогда не позволит больше этому чувству снова управлять его сердцем и разумом.

— ...Ваш отец всегда надеялся помириться со старшим сыном, — голос старого слуги отвлек Захира от размышлений. — После смерти султана Фейзал должен был вернуться в Куббу и занять его трон. Но теперь, когда все изменилось и принца больше нет, в стране неспокойно. Народ ждет, когда правитель объявит своего преемника. Простите мне мою самонадеянность... — Пожилой слуга съежился под тяжелым взглядом прищуренных глаз Захира. — Но его величество очень хочет, чтобы бизнес в Америке вместо вас возглавил управляющий. Тогда вы сможете надолго обосноваться в Куббе и жениться. Сейчас это ваш долг, сэр.

Захир надменно вскинул подбородок, и взгляд его молнией пронзил слугу.

— Я не нуждаюсь в твоих наставлениях, — холодно произнес он. — Ты забываешь свое место, Аваан.

Захир слишком хорошо понимал, что после смерти брата его собственная жизнь больше ему не принадлежит. Он не станет уклоняться от ответственности перед народом, которым его семья управляла много поколений. Но женитьба — совсем другое дело.

— Если ты помнишь, шесть лет назад я едва не женился на той, кого выбрал отец, и чем это обернулось. Я женюсь, когда буду сам готов к этому. — Захир резко развернулся и отошел от окна. Пройдя через комнату, остановился у двери и оглянулся на слугу: — Когда султан проснется, сообщи ему, что я отправился в Англию.

«Инглдин-хаус» — Йоркширские вересковые поля.

— Эрин! К тебе пришел Гордон Стрейкер, — сообщила Элис Трент, экономка в «Инглдин-Хаус», когда Эрин вошла на кухню. — Он говорит, что является адвокатом Фейзела, и что-то упоминал о завещании.