— Ты же обещала мне, — процедил мужчина. — Обещала покончить с этой проклятой, кровавой мерзостью!
Она впервые взглянула прямо ему в глаза.
— Слишком поздно, — сказала женщина равнодушным тоном. — Не кричи. Ты ничего не можешь изменить.
Он резким движением поднял руку, словно замахиваясь. Женщина не шелохнулась, странная улыбка играла на ее губах.
— Что бы ты ни сделал, — пробормотала она, — я уже принесла свой дар кровью. И Чанго приняла его. Все кончено.
Он стоял, застыв от гнева и сверкая черными глазами.
— Мы же оставили в прошлом все это дерьмо, помнишь? Разве это ничего не значит? Ты обещала!
Мужчина с угрожающим видом шагнул к ней, но она повелительным жестом руки остановила его.
— Что бы ты ни говорил, что бы ни делал, — с торжеством в голосе проговорила она, — это ничего не изменит.
Она подняла лицо. В глазах ее отражалась такая сила, что мужчина невольно отступил назад.
Ее губы еще шире расползлись в загадочной улыбке.
— Esta terminado 1 Банкет с шампанским и благотворительное шоу моды, ежегодно устраиваемые Латиноамериканским обществом культуры, шли гладко до тех пор, пока рыжеволосая модель, демонстрирующая элегантный костюм от Теда Лапидуса, не потеряла равновесие. Она слишком резко развернулась на временно сооруженном помосте, переброшенном через пруд с лилиями, и, потеряв равновесие, с оглушительным всплеском упала в воду. Публика ахнула и замерла в ожидании. Габриэль Кольер в этот момент делала наброски для своей статьи и только что записала: «Доминирующие темные цвета наступающего осеннего сезона сменили буйство ярких летних расцветок». Подумав немного, она вычеркнула слово «буйство» и заменила его на «полифонию». Тем временем рыжеволосая манекенщица наконец поднялась на ноги, но, запутавшись в водорослях, вновь плюхнулась в воду. Толпа внезапно пришла в движение. Со всех сторон слышались громкие, испуганные крики. Огромный тент в белую с синим полоску, разбитый над лужайкой одного из самых изысканных в Майами поместий, лишь немного приглушал возникший шум.