- Самым серьезным. Вот ей-богу! Хоть провалиться, - сказал Леша.

- Н-да, - сказал полковник. - Ну, а если мы тебя попросим?

- Что попросите?

- Да вот что-нибудь еще построить - в этом же роде. Крепость, или блиндаж, или дзот какой-нибудь.

Леша поднял глаза. Полковник смотрел на него по-прежнему серьезно, не улыбаясь, только брови его разошлись от переносицы, и под ними открылись ясные, немного усталые и воспаленные от долгой бессонницы глаза.

- Видишь ли, дорогой товарищ, какая история, - сказал он. Оказывается, что в военное время даже играть надо осторожно. Вот построили вы, например, батарею. Отлично, вероятно, построили, если немец ее за настоящую принял. Но построили вы ее где? Рядом с настоящей боевой действующей зенитной батареей. Это тебе известно?

- Известно, да, - чуть слышно проговорил Леша.

- А ведь рядом не только батарея. Тут и невоенные объекты - жилые дома, живые люди.

- Товарищ полковник! - чуть не плача, перебил его Леша. - Да разве ж я не понимаю?!

- Понимаешь, да поздно, - строго сказал полковник. - Задним умом живешь.

- Правильно. Задним, - вздохнув, согласился Леша.

- А между тем, - продолжал полковник, - такие фальшивые, что ли, сооружения, как ваша крепость, нам, военным людям, очень и очень нужны. Они называются у нас ложными объектами. Чтобы замаскировать настоящий объект, отвести противнику глаза и натянуть ему нос, - где-нибудь в стороне строятся поддельные, декоративные, похожие на настоящие и все-таки не настоящие укрепления и сооружения: блиндажи, окопы, ангары, огневые точки, батареи и все, чего, одним словом, душа пожелает.

Леша давно уже проглотил слезы и слушал полковника с таким вниманием, что даже рот открыл.

- Понятно тебе? - сказал полковник.

- Ага. Понятно, - кивнул Леша.

- Так вот, товарищ Михайлов, не согласитесь ли вы построить нам штучек пять-шесть таких ложных объектов?