— Откуда мне знать? — Чанс со вздохом пожал плечами.

— Мне кажется, я знаю. — Эллисон крепко сжала руки, чтобы никто не заметил, как они дрожат. — Чанс, вспомни хорошенько, разве не ты говорил, что Джона Лероша, с тех пор как он продал этот дом, непрерывно преследуют финансовые неудачи?

— Ну… просто я слышал немало сплетен на этот счет, — слегка смутившись, сознался Чанс. — Вообще-то все началось с той самой ссуды, которую он в первый раз взял в банке. Ему были нужны деньги для какой-то рискованной аферы… словом, он вложил все свои средства в весьма сомнительное предприятие и прогорел. С тех пор несчастья просто-таки преследуют его — все, к чему бы он ни приложил руку, почему-то вдет прахом. И все же… думаю, понадобится еще немало времени, чтобы пустить по ветру такого финансового монстра, как «Лерош энтерпрайзиз».

— Пусть так, — согласилась Эллисон. — Но я почти уверена, что ему нужен только Жемчужный остров и ничего больше.

— Но это же какое-то безумие! — возмутился Эйдриан, переводя взгляд с Эллисон на Чанса. — Если он до такой степени верит в удачу, которую приносит своим владельцам Жемчужный остров, почему не спохватился год назад, когда банк в первый раз пригрозил выставить остров на торги, если он не погасит ссуду?

— Может быть, тогда он еще сам не верил в легенду, — предположила Эллисон. — Но как только счастье отвернулось от него, а деньги стали таять точно снег на солнце, он скорее всего вспомнил о ней и принялся грызть ногти от досады, что продал этот дом. И вот теперь готов на все, лишь бы вернуть его себе.

Чанс потер лоб.

— Да… похоже, у нас неприятности…

— Еще чего! — Рори, кряхтя, попыталась выбраться из кресла. — Что с вами такое, а? Можно подумать, вы в чем-то виноваты! Все было абсолютно честно, и любая проверка банковских записей это подтвердит.

— Конечно, подтвердит, — кивнул Чанс. — Меня бесит другое — что мне придется снова платить адвокату, чтобы он доказал, что я ни в чем не виноват!