Мысли Джинни витали очень далеко. Крестражи. Меч. Кажется, взгляд Гермионы Грейнджер красноречиво свидетельствовал, что подруга — сестра догадывается, почему такая всегда смешная и забавная Джинни, так себя ведет. Как тормоз. Другие девушки, усмехаясь, справедливо считали, что это последствия её запутанных отношений с Избранным.

— … и тут Билл, как хлопнет меня по заднице, — хохотала Флер, но, заметив выражение лица Джинни, слегка притормозила.

— Извини Джинни, ты сестра Билла, может я, что не так…

— Нет, милая, продолжай, мне очень интересно. Билл и меня, бывало, бил по попке…

Взрыв хохота, чуть не обрушил помещение. Схватившись за живот, Габриель спросила: — А в каком возрасте, старшая подружка невесты, если не секрет?

— В твоем, милая, в твоем…

— А что ты натворила?

— Я? Взорвала под ним унитаз…

Дальше уже была вынуждена прибежать Молли, чтобы унять буйство не на шутку расшалившихся девчонок.

* * *

После небольшого обеда, прошедшего в этой милой комнате, так как девушки наотрез отказались показаться перед мальчиками в своих ослепительных нарядах, великолепная восьмерка ведьм и вейл расположилась кто где, кто на великолепной кровати, кто в креслах. На двуспальной кровати попрыгали по-очереди, активно комментируя возможные вертикальные и горизонтальные нагрузки на матрас следующей ночью. Окно слегка прикрыли, дабы не искушать страждущих мальчиков.

Но вот, где-то через пару часов послеобеденного отдыха, отворилась дверь и, в комнату вошли Молли Уизли и Апполин Делакур. В руках у Молли была большая из красного бархата продолговатая коробка. Она улыбнулась и села в кресло. Девчонки повскакивали со своих мест и собрались вокруг мам.

— Итак, как я и обещала, — произнесла миссис Уизли, открывая коробку, — древняя диадема тетушки Мюриель. Древняя вещь, гоблинской работы.