– Уж во всяком случае, тратить время на мыльные оперы вы не станете. Я шучу и не виню вас за это. Но мне хочется заверить вас, что «Свояченица» имеет мало общего с этой слезливой галиматьей.

– Не сомневаюсь, что фильм получится удачным. Я возьму его на заметку и постараюсь не пропустить ни одной серии, – сказала Джоанна.

Похоже, ирония была в крови у этой женщины!

– А как зовут режиссера, вы помните? – в тон ей поинтересовался он.

– Да. Ваша фамилия Хейли. А вот имя я, честно говоря, не разобрала как следует. Люд, если я не ошибаюсь?

– Совершенно верно. Сокращенно от Людвига. Людвиг, – церемонно поклонился он и, приподнявшись, щелкнул под столом каблуками. – Моя мама была не только одаренной пианисткой, но и большой почитательницей Бетховена. Впрочем, могло быть и хуже. Страшно подумать, как бы меня назвали, если бы она любила Диттерса фон Диттерсдорфа.

– Недели через две, – неуверенно пробормотала она, застигнутая врасплох внезапной переменой в его тоне.

Вдруг Джоанна заметила Ферн, курившую возле стойки бара и явно дожидавшуюся, пока она уйдет. На этот раз Джоанна поднялась решительно.

– Теперь мне действительно пора. Я и так уже задержалась. Босс начнет скучать без меня.

– Я тоже буду скучать без вас, – прошептал ей Люд на ухо, набрасывая на плечи синюю накидку.

Джоанну охватила дрожь страстного желания. Это невозможно! Ведь она едва знакома с этим мужчиной!

Люд пронзил ее лучистым взглядом, сулящим осуществление самых несбыточных фантазий.

– Я позвоню вам, Джоанна. Или вы позвоните мне. – С этими словами он протянул ей свою визитную карточку.

– Да, спасибо, – словно со стороны она услышала свой предательски дрогнувший голос.

Какое-то сумасшествие! Разве можно так откровенно проявлять интерес к незнакомому мужчине? По правде говоря, ни одному мужчине давно уже не удавалось пробудить в ней интерес.