От ее правдивого заключения у Ксении отчего-то защекотало в носу и к горлу подступил здоровенный ком, который она никак не могла проглотить, даже дышать стало трудно.

– Ну и чего ты раскисла? Я же тоже принца не нашла! Ну ничего, сейчас у нас начнется совершенно новая жизнь, – успокоила Лида. – Я тут надумала замуж выходить, хватит уже одной мотыляться, пора, так сказать, на покой… Не, не в том смысле, не на кладбище, чего ты испугалась, я под фату. Ну и тебя потом пристрою, знаешь как заживем!

Подруга развалилась в кресле, вытянула толстенькие «бутылочками» ножки и мечтательно закатила глаза. Поскольку Ксения все еще пыталась справиться с приливом горечи, Лида быстро переменила позу и загадочно задергала бровками.

– Ну?! Чего не спрашиваешь – кто счастливчик? – лукаво играла она накрашенными глазками.

– Это Мишка, что ли? Сосед наш? – исподлобья пробубнила Ксения.

Ксения с Мишкой жили в одном подъезде с младенческого возраста, еще их матери дружили. Потом, когда Ксения расписалась с молоденьким, худеньким и восторженным Ленечкой, родители Ксении переехали на Украину, а старенькую двушку оставили дочери. Мишкина же мать очень долго проживала с сыном, перетерпела четыре неудачных Мишкиных брака и в конце концов на сыночка плюнула, нашла себе старичка и укатила с ним в деревню – ближе к природе. Дома бывала наездами и всякий раз привозила Мишке из глубинки новых невест. Невесты у соседа не задерживались, и он куковал один, нимало этим не тяготясь. Лида с ее мужем Аркадием переехали в этот подъезд сразу после их комсомольской свадьбы – на заводе у Лиды подошла очередь. Потом Аркадий пошел вверх по служебной лестнице, женился на дочери начальника цеха и из подъезда выбыл, а Лида так и осталась здесь воспитывать единственную дочь Маринку. Маринка уже года четыре как выскочила замуж, съехала к мужу и особенно матери не докучала. А поскольку Лидочке было всего-то сорок три, она беспрестанно пыталась осчастливить себя новым супругом. Однако ее потуги всякий раз заканчивались неудачей, и женщина находила временное утешение в объятиях все понимающего соседа.