Всю неделю Ксения жила на душевном подъеме. Сам не зная, это смешной Майкл одной только фразой перетряхнул в ней все, что накопилось за длинный год одиночества. Она вдруг поняла, что не имеет права вот так взять себя и похоронить, что не может разбазаривать свои драгоценные годы и вовсе не должна хоронить себя после развода. Да, конечно, она много думала и всегда приходила к выводу – в разводе виноваты оба, муж и жена. Но только сейчас задумалась – а почему за эту вину муж и жена расплачиваются так неодинаково? Она получила растоптанные надежды, порванную судьбу и невыносимую тяжесть горького одиночества. Он же – новую, яркую жизнь с молоденькой женой, новые развлечения, знакомства, интересные заботы, у него куча дел, приятные хлопоты, того и гляди еще и ребенка себе заведет – жизнь с чистого листа! Как будто ему снова двадцать! Конечно, он тоже переживает, он даже переходит на другую сторону улицы, когда сталкивается с сыном, но его переживания разве идут в сравнение с ее мукой? Все должно быть хотя бы примерно одинаковым. Тогда на фиг ей такие муки! Она должна тоже начать жизнь по-новому! Пусть не двадцатилетней, но боже мой! Когда ей будет девяносто, она станет вспоминать себя теперешнюю молоденькой девочкой! И не надо ей никаких мужиков! Она просто возьмет и перестанет ныть и загрузит себя новым, интересным делом, например… например, откроет цветочный павильон! А что? У нее получится, она это точно знает.