— Ты ничего не можешь сделать, — сказала она. — Я — председатель совета директоров.

— Ситуация в любой момент может измениться.

— Мой отец всегда хотел, чтобы я стояла во главе этой компании. До сего дня я долго и упорно работала, Рик. Я владею контрольным пакетом акций и отвечаю всем требованиям компании. Я уже заплатила за свои прошлые ошибки.

— Возможно, твой отец дал старт этой компании, но я — тот человек, который сделал ее тем, чем она является сейчас. Эта компания нуждается во мне.

— Нет, мистер Паркер. Она больше не нуждается в тебе. И я тоже.

Он решительно скрестил руки на груди и поинтересовался:

— А совет директоров согласен с твоим решением?

Вообще-то, она должна была сначала получить одобрение совета директоров на то, чтобы уволить Рика. Но у них нет другого выбора, кроме, как согласиться с ней, ведь она владеет двумя третями всех акций.

— Да, — ответила девушка.

Рик встал, повернулся к ней спиной и подошел к окну, из которого открывался чудесный вид на Нью-Йорк, расцвеченный яркими огнями в связи с грядущим праздником.

— Алессандра, я не хочу причинять тебе боль, — тихо произнес он, назвав ее полным именем, которое редко было в обиходе.

— Причинить боль мне? — Если она не ошибается, то это она уволила его.

— Если ты не изменишь свое решение, то очень сильно об этом пожалеешь.

Он повернулся и встретил ее прямой взгляд.

— Я так не думаю, — сказала Лесса. Она встала и поправила жакет своего костюма. — Я читала твой трудовой договор. В нем есть не подвергающийся сомнению пункт. Исходя из результатов твоей работы, я предоставлю тебе часть денежного вознаграждения, которое ты так и не выдал моему отцу. У тебя есть время до конца завтрашнего дня, чтобы освободить свой кабинет.

— Так это твоя месть, не так ли? Тебе следует знать, что я не имел никакого отношения к тому, как был уволен твой отец.