Сейчас, стоя в кабинете, Лейси едва смогла удержаться от того, чтобы обескуражено не фыркнуть. Ничего себе лапочка.

– Так, так, так. Робкая, словно мышка, маленькая женщина с острым как бритва язычком. Вы меня удивляете, миз Райт.

Лейси очень не понравилось сравнение с мышкой. Это не лучше, чем если бы ее обозвали «Сладкой штучкой», но ей нужна была эта работа. Так что нужно очень и очень постараться, чтобы больше не вступать с ним в пререкания.

– Пожалуйста, зовите меня Лейси, – сказала она, теребя низ своего свитера и выставив вперед подбородок в попытке хоть как-то спасти положение. «Если у тебя появился ящик лимонов, то делай лимонад. Если у тебя...»

– Миз Райт? – Бобби помахал рукой перед ее лицом. – Вы здесь?

Лейси моргнула и чуть не подпрыгнула, обнаружив, что этот мужчина стоит ближе чем в полуметре от нее. Он находился так близко, что она ощущала его запах. Острый и резкий, без признаков одеколона, но чистый, как мыло или высушенное на солнце сено, настолько сильно ощутимый, что ей казалось, будто он скользит по ее коже.

– Я сказал, давайте продолжим наше знакомство за обедом, – повторил Бобби, и от низкого, глубокого тембра его голоса, словно от ласкового прикосновения, по ее спине пробежали мурашки. – Я очень голоден.

Его обжигающий взгляд скользнул по ее фигуре, будто он изголодался не только по пище. Похоже, ему доставляло удовольствие наблюдать за ее волнением. Сразу же появилось знакомое чувство замешательства от осознания того, что кто-то играет с ней.

Лейси заметила адресованный брату предостерегающий взгляд Бет. Но Бобби, проигнорировав этот взгляд, поцеловал сестру в лоб и повел к двери. Когда он обернулся, Лейси внутренне сжалась в ожидании потока оскорбительных слов. Но этого не произошло. Он только одарил ее улыбкой, не раз встречавшейся ей на фотографиях в газетах, от которых она не успевала избавляться после того, как устроилась на эту работу. Потом Бобби, как истинный джентльмен, придержал дверь, приглашая ее поторопиться.