Аннабелла действительно прибегла ко всем известным ей средствам, чтобы устроить встречу Мэгги с Тимоти и пробудить дремавшие в них чувства. И кое-что ей удалось: офис Тимоти Райана находился теперь прямо под офисом Мэгги О'Хара в Бремер-билдинг в самом центре Бостона. Но все напрасно! Каждый из них по-прежнему жил в своём собственном мире. Вот уже полгода они то и дело встречались в вестибюле здания, но ни разу даже словом не обмолвились. Единственным, что их хоть как-то объединяло, была, как это ни покажется странным, чечётка.

Мэгги иногда, чтобы снять стресс, принималась танцевать и отбивать чечётку на деревянном полу, а Тимоти, заслышав эти звуки, хватал в руки швабру и начинал стучать ею в потолок — избавлялся от стресса! Вот такая не слишком романтическая история.

— А как дела у Дэвида, ангела-хранителя Тимоти Райана?.. — робко произнесла Аннабелла.

— Дэвид занят другими своими подопечными, которые крайне в нем нуждаются, — прервал её Рафаил. — Тимоти Райан не из их числа и вполне обходится без ангельской заботы. Умен, практичен, всегда в хорошем настроении, любит пошутить. Все это говорит в его пользу, Аннабелла. Он любит людей и вполне заслуживает того, чтобы стать отцом Мэри-Маргарет и воспитать её настоящей представительницей своей фамилии. Так что ответственность за их союз лежит на Мэгги и тебе, её небесном покровителе.

— А что, если Мэгги будет продолжать следовать по неверному пути и встречаться с Оуэном?

— В таком случае она лишится возможности стать матерью, Аннабелла. Вот, взгляни, здесь написано: «Оуэн — последний из рода Фортескью».

— О! — воскликнула Аннабелла.

— Конечно, Маргарет-Мари О'Хара никогда не узнает, чего она лишится, — сказал Рафаил. — И продолжит трудиться во имя справедливости…

— Но тогда Мэгги никогда не познает радости материнства! — с сожалением протянула Аннабелла.