– Тебя ведь Таня зовут, да?

Я открыла глаза. Рядом со мной уселась Нина-челюсть, а сумку мою бесцеремонно скинула на пол.

О чем она спросила?

– Как думаешь, мы попадем в один отряд? – продолжила разговор Челюсть.

Я пожала плечами.

Ну что она привязалась? Я там тону, моя нога, мой парень...

– Мы с Юлькой заболели, вот поэтому едем позже, там уже наверняка самые лучшие кровати разобрали!

Кровати? Это ради обсуждения железяк скрипучих с матрацами она меня отвлекла?!

У меня зла не хватает, а Челюсть продолжает болтать:

– Я в этот лагерь уже третий год езжу, а Юлька первый раз. Ты ведь тоже первый раз, Ромка говорил, что первый... тебе понравится, там здорово. В следующем году я уже не поеду, поступать в институт нужно, ты-то счастливица, еще два лета можешь отдыхать.

Я молча смотрю на нее, ничего другого, кажется, от меня не требуется, она прекрасно развлекает себя сама.

– Ты вообще ездила когда-нибудь в лагерь? – спросила Челюсть и тут же прибавила: – Ромка сказал, что вы вообще в первый раз. Прикольный у тебя брат! Юлька ему, кажись, понравилась, так что я теперь одна, они-то будут все время вместе. – Нина широко улыбнулась, челюсть ее выдвинулась мне навстречу, как ящик письменного стола. – Ну и ладно, а мы с тобой...

На этой фразе я начинаю молиться, лишь бы не попасть с этой полоумной в один отряд, а она продолжает болтать.

Да, мне хочется дружить, но так, чтобы это не мешало мне мечтать, а такие болтливые слушают только себя! Для них собеседник вроде мебели, лишь бы окружающие не думали, что они разговаривают сами с собой.