Девушка неопределенно отмахнулась:

— Конечно, боюсь. Разве можно не бояться смерти? Только ведь страх не поможет мне остаться в живых, верно? Зато есть шанс, что теперь, все узнав, я сумею уцелеть. Так когда же меня собираются убить?

— Точное время мне неизвестно, но это должно произойти сегодня. Не думаю, что они станут действовать раньше, чем вы удалитесь в свои покои, но наверняка мы не знаем. Фонтейн будет наблюдать за вами во время ужина… а я приду сегодня ночью в ваши покои и помогу вам выбраться из дворца.

Он выдержал паузу и саркастически добавил:

— Как удастся вам уговорить Брюнера обойтись нынче ночью без вашего общества? Мне и так непросто будет вывести вас наружу, и я не хочу, чтобы мне помешала в этом ревность пожилого любовника.

— Об этом можете не беспокоиться. Сандра смотрела на розарий, раскинувшийся за каменной балюстрадой. — Видите ли, ваша помощь мне не нужна. Спасибо, что предупредили меня об опасности, но я в состоянии позаботиться о себе сама.

— Чтоб черт меня побрал, если это так! — Шандор готов был метать громы и молнии. — Речь идет о профессиональных убийцах! Или вы думаете, что Брюнер способен спасти вас от Налдоны?

Девушка гордо вскинула подбородок.

— Да я ни за что на свете его об этом не попрошу! Не стану даже рассказывать об этом. Он решит, что должен меня защитить, — и пострадает сам. Джеймс не умеет противостоять насилию.

— А вы умеете? — Шандор, прищурившись, смотрел на девушку.

— Я ненавижу жестокость, но знаю, как с ней бороться. — Сандра помолчала: — Пожалуй, мне лучше вернуться в зал.

— Подождите минутку!

Руки Шандора сжали ее обнаженные плечи, и девушку окатило горячей волной.

Развернув Сандру к себе, Шандор впился горящими глазами в ее лицо.

— Я не намерен отступать от своих замыслов. Надеюсь, вы не забыли, что Налдона решил и меня запутать в своем злодейском плане? Если вас убьют, война в этой стране продлится еще полгода, так что не надейтесь, что я позволю вам вежливо отослать меня прочь.