Наверное, не стоило злить его понапрасну. Обычно Сандра вела себя куда дипломатичней. Это опасная близость Шандора вывела девушку из равновесия. Что ж, поздно сожалеть о том, что уже сказано. Гордо расправив плечи, Сандра взялась за ручку двери.

— Нетрудно догадаться о том, как вы относитесь к своим людям. Вы подвергли Фонтейна опасности, только лишь для того, чтобы он передал мне записку… а ведь, если бы вы ошиблись насчет меня, он был бы уже мертв. Вы знали это, но не изменили своих планов. — Она с вызовом оглянулась через плечо на Шандора. — Интересно, что бы вы сделали, увидев, как я несу вашу записку Налдоне?

— Выстрелил бы в вас, — просто ответил Шандор, твердо выдержав ее взгляд. — Мой пистолет был нацелен вам в грудь с той самой минуты, как Фонтейн передал записку. Вы умерли бы, не успев раскрыть рта.

— И вы смогли бы хладнокровно убить меня? — изумленно прошептала Алессандра.

— Мне очень не хотелось этого. Я выстрелил бы, только если бы не осталось другого выхода, — в голосе его вдруг прозвучала безмерная усталость. — Ведь если бы вы выдали Фонтейна, он бы умер, а Налдона все равно нашел бы способ убрать вас. А если бы вы умерли, не успев ничего сказать, на моей совести была бы одна смерть, а не две. За последние два года мне не раз приходилось выбирать меньшее из двух зол.

Необходимость подобного выбора, отразилась на стоящем перед ней человеке. Он казался циником, лишенным иллюзий, но в глазах его было столько муки. На миг Сандре стало жаль его, но она тут же прогнала прочь это чувство. Черт побери, этот человек только что признался, что готовился выстрелить в нее, а она испытывает к нему жалость!

— Вам не пришлось бы сталкиваться с подобным выбором, если бы вы не решили стать героем революции.

— Вот тут вы не правы. Мне приходится нести свой крест, потому что два года назад я сделал неверный выбор. — Губы его болезненно скривились. — И мне почему-то кажется, что вы, мисс Баллард, — еще одно наказание, которое посылает мне господь!