Чувствуя, что от волнения во рту пересохло, Дебора застыла как изваяние, не в силах выдавить ответную улыбку. Слишком многое было поставлено на карту. Неужели он и ее уволит?

— Я подумал, не пообедать ли нам сегодня вместе, если у вас нет никаких других планов. Мы могли бы поговорить.

Дебора любила работу в газете и свою рубрику «От сердца к сердцу». Отвечала на письма влюбленных, давала полезные советы, однако никаких иллюзий относительно значимости своей работы не питала. Не настолько рубрика «От сердца к сердцу» важна, чтобы главный редактор приглашал пообедать ее ведущую.

— А о чем? — резко спросила она и тут же покраснела: ну надо же показать такую невоспитанность! — То есть…

Бриджес весело ухмыльнулся, и Дебора едва удержалась, чтобы снова не вспылить.

— Я думал, мы поговорим об этом за обедом.

— Если вы собираетесь.., предложить мне поискать другое место, говорите сразу. Прощальный обед из жалости мне ни к чему.

И она гордо вздернула подбородок.

Бриджес удивленно вскинул брови. Они почти коснулись темных волос, похоже, имевших обыкновение падать на одну сторону, что придавало главному редактору мальчишеский вид.

— Чтобы я уволил лучшую подругу своей сестры? Да за кого вы меня принимаете! За палача?

— Нескольких моих друзей постигла такая участь, — упрямо возразила Дебора, решив не поддаваться его обаянию.

— Вы хотите сказать, что я несправедлив к людям? Из голоса Бриджеса исчезли ленивые нотки, да и сам он, оторвавшись наконец от косяка, напряженно выпрямился. Дебора опустила глаза. Нет, этого бы она не сказала. Но изменения в газете ей не нравились. Ей не нравилось, что Джеральд Кэмпбелл больше не будет главным редактором.

Не нравилось, что…

— Вы не ответили, Дебора, — вывел ее из задумчивости голос Бриджеса.

— Нет, — буркнула она.

— Что ж, не слишком любезно, зато честно. — И он снова ухмыльнулся: