— Простите. Рэйчел говорила мне… Резко подняв голову, Дебора с ненавистью взглянула на него и прошипела:

— Я вовсе не нуждаюсь в каком-то специальном обращении. Если вы хотите меня уволить, увольняйте!

— Может быть, хватит говорить о том, что я собираюсь вас уволить? Я уж начинаю думать, что вы сами этого хотите.

— Не говорите ерунды! — выпалила она. — Я люблю свою работу!

— Я считаю, что ваша колонка имеет важное значение для будущего газеты, — решительно начал Джейсон, а когда Дебора наконец-то взглянула на него, добавил:

— Просто я подумал, что ее можно сделать еще лучше.

Словно готовясь к удару, она откинулась на спинку кресла.

— Как именно?

Джейсон вздохнул и попробовал зайти с другой стороны.

— Расскажите мне о своей личной жизни.

— Моя личная жизнь не имеет никакого отношения к работе.

— А я думаю, имеет.

Изящные черты лица Деборы исказились от ярости, которую она изо всех сил пыталась подавить. «А она и в самом деле ничего, — подумал Джейсон. — Жаль, что блондинки не в моем вкусе». На его взгляд, они слишком мягкие и нежные, ему же нравятся сильные женщины.

— Вы ведь сами сказали, что я даю хорошие советы. А это в моей колонке самое главное.

— Когда вы в последний раз ходили на свидание? Дебора уставилась в окно. Джейсон был уверен, что не получит ответа. Однако она повернулась к нему и, с вызовом глядя ему в лицо, бросила:

— Восемь лет назад, — Восемь лет? Так, значит, еще в детстве? — недоверчиво спросил Джейсон.

На вид Деборе можно было дать лет восемнадцать, не больше.

— Мне столько же лет, сколько Рэйчел, то есть двадцать восемь, и вам об этом известно! — выпалила она. — Какую игру вы затеяли? Моя личная жизнь не имеет никакого отношения к моей работе.

— Ошибаетесь. Как вы можете, например, давать советы тем, кто идет на свидание, когда уже забыли, что на них происходит?

— Сердечные дела не меняются столетиями. Знаете, почему Шекспир до сих пор популярен? Он понимал чувства людей. Или вы считаете, что он устарел? — съехидничала Дебора.