Немного придя в себя, она включила радио. Вылившийся на нее поток гаэльского языка привел к вытаращенным глазам, безумному нажатию на все кнопки, в надежде найти хоть что-нибудь на английском, и вдобавок к тому, что она повернула в сторону Ардмора, вместо того, чтобы ехать верной дорогой к дому.

Но как только Джуд поняла свою ошибку, небеса разверзлись, словно кто-то вонзил нож в их середину. Дождь громко стучал по крыше, стекал по ветровому стеклу, пока она пыталась найти кнопку управления дворниками. Она припарковалась возле обочины и стала чего-то ждать, наблюдая, как дворники весело носились под дождем.

Деревня находилась на юге графства, примыкая к Ардморскому заливу Кельтского моря. Поскольку шторм — страстный и мощный — бушевал вокруг нее, даже в машине Джуд могла слышать плеск волн о берег. От ветра дрожали окна в машине.

До этого она представляла себя прогуливающейся по деревне, знакомящейся с окружающими, рассматривающей симпатичные дома, дымные переполненные пабы, представляла, как пойдет на берег, про который ей рассказывала бабушка, и увидит поражающие воображение утесы и зеленые поля.

Правда, в ее воображении это был прекрасный солнечный день, и вокруг были обаятельные мужчины, флиртующие с ней, и жители деревни, везущие в колясках розовощеких младенцев.

В ее мечтах не было: как и внезапного весеннего шторма с сильными порывами ветра, так и пустынных улицы. Может здесь даже никто и не живет, подумала она. Возможно, это своего рода Бригадун

— Да, другая моя проблема, — сказала себе Джуд, — это мое воображение, которое начало проявляться с беспокоящей регулярностью. Разумеется, тут живут люди, просто они достаточно умны, чтобы не высовываться на улицу в такую погоду и спокойно сидеть дома.

Дома в деревне были очень симпатичные, и были выстроены в линию, словно красивые леди с цветами у ног. Джуд отметила для себя, что даже в такую погоду, цветы выглядят великолепно.