Подозвав официанта, он попросил сигару и уже был готов зажечь ее, когда увидел спешившую к нему Сашу - раскрасневшуюся, причесанную, со свежим макияжем, излучающую такую притягательную энергию, такую… Как бы поточнее назвать то, что она излучала? Сексапильность - вот что это было.

Она села с ним рядом, поцеловала, взяла его за руку, заглянула в глаза.

Тео посмотрел на Сашу, на холмики ее грудей, на упругие ягодицы, едва прикрытые коротким черным платьем, на ее плоский живот и почувствовал, как в нем поднимается желание, как твердеет его плоть, как сильно пульсирует в ней кровь. Не говоря ни слова, он быстро встал, почти грубо схватил жену за руку и поволок из бара к лифту. Возбужденная и слегка встревоженная, Саша последовала за ним. Он открыл дверцу лифта, пропустил ее вперед, закрыл дверь и прижал ее к стенке кабины. По его лицу было нетрудно догадаться, чего он хочет, и она с улыбкой спустила бретельки платья, под которым не было ни бюстгальтера, ни трусов.

Медленно и грациозно, как хорошая танцовщица, она подняла свою длинную загорелую ногу и положила ее ему на талию. Тео почувствовал, как она расстегивает ему молнию и хозяйничает у него в брюках. Кровь бешено стучала у него в висках, вся его энергия была устремлена на нее, и он вошел в нее, в жаркую, влажную глубину ее плоти, испытывая удовольствие, граничащее с болью. Его руки лежали на ее ягодицах, он поддерживал ее, крепче прижимая к своему телу, и в этот момент для него не существовало ни завтрашнего дня, ни того, что ждало его впереди.

Сюзи чувствовала себя совершенно разбитой. Как и Джеймс, она с завистью смотрела на спящего в уголке Мерлина. Казалось, что этому дню не будет конца. Обычно она никогда не уставала, особенно на таких светских приемах. Опасаясь, что ей станет еще хуже, она взяла себя в руки и попыталась сосредоточиться на Джоше и его рассказах о днях молодости. Она любила Джоша - он был таким простым и очаровательным, таким красивым. Сюзи никогда не могла понять женщин, утверждавших, что не любят красивых мужчин. Из своего опыта она знала, что красивые мужчины не менее интересны и не более самонадеянны - основное обвинение, которое против них выдвигалось, - чем обычные мужчины, но они хотя бы радовали глаз, и с ними было не так скучно.