– Мне уже нравится, – сказал Николас, пристально глядя ей в глаза.

Но когда он сказал: «Ты очень красивая, Элизабет», она решила, что пора направить разговор в другое русло – говорить не о ней, а о нем.

– Мои шпионы донесли, что ты собираешься на будущий год поступать в колледж, – нерешительно начала она.

– Твои шпионы правы, – кивнул он. – Что еще?

– Что ты берешь годичный перерыв, чтобы изучить бизнес своего отца.

– Опять верно! А они донесли тебе, что это за бизнес?

– Компьютеры, – сказала Элизабет.

– Они очень ловкие, эти твои шпионы. Есть еще какая-нибудь информация?

– Немного, – протянула Элизабет.

Она склонила голову на сторону, как бы пытаясь что-то вспомнить.

– С другой стороны, мой хрустальный шарик…

– Ого! Хрустальный шарик! Что же говорит он?

– Во-первых, – смеясь, сказала она, – что музыка кончилась.

– А во-вторых? – не отставал Николас.

– Что я еще не поздоровалась с Робин Уилсон и Алленом Уолтерсом и что я должна сделать это сейчас. – Воспользовавшись этим предлогом, Элизабет направилась к буфетному столу, накрытому в кухне, куда только что пошли Робин и Аллен.

Аллен только что налил «кока-колы» для Робин и накладывал на свою тарелку кучу сандвичей, когда подошла Элизабет и обняла Робин.

– Лиз! – обрадованно воскликнула Робин. – Как хорошо, что ты снова дома!

Элизабет приложила палец к губам подруги.

– Давай больше не будем говорить об этом похищении, – сказала она.

Теперь, когда испытание осталось позади, ей хотелось забыть о нем. Робин сменила тему.

– Это здорово, правда же, – сказала она с энтузиазмом, – что Макс Делон сдал английский и его родители разрешают ему снова играть с «Друидами»! Лиз, – она подняла большие пальцы, – теперь все как надо. Как и было раньше.

– Он, пожалуй, самый лучший гитарист из всех, кого я слышал, – сказал Николас, вмешиваясь в их разговор.