Она сказала это так искренне, что Элизабет без колебания ответила на ее вопросы. Некоторые из них касались «Оракула», школьной газеты.

– Ты в самом деле один из репортеров?

– Да.

– И ты действительно пишешь в «Глаза и уши»?

Регина говорила о юмористической колонке безобидных сплетен, которую Элизабет вела в каждом выпуске. Об этом знали почти все вокруг, хотя имя ее никогда не появлялось в газете.

– Да, я веду эту колонку, – сказала Элизабет.

Регина захлопала в ладоши.

– Это здорово, Лиз. Я читала ее, по-моему, это высший класс. – Она тепло улыбнулась Элизабет. – Ты, вероятно, самый талантливый человек во всей Ласковой Долине.

Элизабет покраснела, а Кара и Лила захихикали.

– И, видимо, еще и самый скромный, – прибавил Николас, и щеки Элизабет стали пунцовыми.

Ощущение счастья заполнило все ее существо. Она была на верху блаженства. Далее выражение скуки на лице Лилы Фаулер и зависти на лице Кары Уокер не испортили ей настроения. Тем не менее она обрадовалась, когда подруги ее сестры отправились в гостиную.

Глядя им вслед, Элизабет решила, что пора возвращаться к гостям.

– Пойдемте, – сказала она, – а то все будут теряться в догадках, куда мы подевались.

Взяв под руки Регину и Николаса, она повела их в дом.

Глава 2

Вечеринка была в полном разгаре, когда снова раздался звонок в дверь.

– Я открою! – прокричала Элизабет.

Она как вихрь промчалась мимо Тодда.

– Это, должно быть, Кен Мэтьюз, – сказал он. – Кен говорил мне, что придет попозже.

Лиз бросила на него ласковый взгляд и на мгновение остановилась.

– Кен Мэтьюз? Визит такой знаменитости – большая честь.