— Конечно, дорогая. Но, ради Бога, в чем дело? У тебя никогда не болит голова.

Он хороший, но такой медлительный. Официант отказывался брать деньги, объясняя, что за обед заплатил владелец ресторана, но Ральф все настаивал. Взяв пальто и сумочку, Клер посмотрела вокруг.

Джоэла нигде не было видно, он исчез.

Клер все еще с трудом дышала, когда они выходили, а еще предстояло спускаться на этом жутком лифте. Какой чудесный парень Ральф! Он согласился спуститься по лестнице, считая это хорошей разминкой для ног, и ни разу не прокомментировал ее странное поведение.

Вскоре они вышли на холодную улицу. Чикаго не случайно был назван городом ветров. Ветер здесь никогда не стихал. Он кружил направо и налево среди небоскребов, хватал ее и Ральфа за полы пальто, заставляя их улыбаться, пока они пробирались к машине Ральфа.

— Надо будет еще как-нибудь здесь отобедать, — сказал Ральф и добавил с усмешкой:

— Особенно если это можно сделать даром.

Для меня это было не совсем даром, хотелось сказать ей.

Ночью она не могла заснуть. Бродила в темноте по своей кремово-розовой спальне, тиская старый шерстяной халат.

Мама и Дог спали в соседней комнате. Сэнди редко приходила домой до полуночи. Все было обычно: зимняя луна спокойно освещала ее книжные полки, заставленные хорошо изученными книгами, ее шкаф с аккуратно повешенной одеждой, флакончики духов на туалетном столике. Все было по-прежнему.

Только ее кровать была пустой, и что толку ворочаться с боку на бок, если сон никак не шел к ней.

Любовная связь. Разве это так ужасно? Так чего же ты сбежала, обвиняла она себя, сбежала, будто от пожара.

Внутри у нее все пылало. Она прекрасно знала, почему поступила именно так. Джоэлу не следовало ей говорить, что он хотел ее всю, и тело, и душу. Стив был просто котенком в сравнении с этим тигром.