Солнце позолотило желтые цветы в цветнике, любимые Сандрой дикие маки на тонких ножках. Они быстро облетали, но садовник снова высаживал их, подчиняясь прихоти хозяйки, а однажды он ей признался, что по-настоящему влюбился в эти маки из-за нее. Высаживая их конвейерным методом, садовник вместе с Сандрой от души наслаждался их цветением едва ли не круглый год.

Сандра и сама не знала, почему ее так влекут нежные маки. Не потому же, в конце концов, что в ранней юности она пробовала забыться с помощью опия, который не получишь из декоративных маков! Впрочем, память о сладостном забытьи сохранилась.

Огромное поле маков с гигантскими головами качается под ветром, Сандра ступает по ним, топчет ногами, а они снова распрямляются, окружают ее непроходимыми стенами со всех сторон, от их горьковатого аромата кружится голова и сладостно замирает сердце…

Но это было до того, как доктор в клинике Сан-Франциско вынул у нее то, что она подарила Пэт. Наверное, так у Пэт замирало сердце, когда она узнала, что совершилось невозможное - она забеременела.

Сандра прикоснулась к клавише проигрывателя, и в комнату ворвалась музыка. Снова свинг. Состояние ее души как никогда точно отвечает этому ритму. Ее бросает от одной мысли к другой, они крутятся, вращаются, переплетаются, наползают одна на другую.

Душа напрягается и расслабляется, но в мыс лях такая же упругость, как в джазовой музыке, та же постоянная пульсация, которая подталкивает ее: дальше, дальше, дальше Сандра почувствовала, как тело само со бой стало ритмично двигаться, качаться. От природы она была очень пластична и всегда наслаждалась движением.

Так что же, Сандра Мередит? Ты начинаешь охоту за Говардом Нистремом? Ты уверена, что это тебе надо?