Почти полгода назад, когда судно затерло льдами, Роксана, чтобы разогнать скуку, стала совершать ежедневные прогулки, предусмотрительно держась в виду корабля. Матросы тоже за ней присматривали, так что неприятностей никто не ожидал. Вот и сегодня с утра небеса синели бездонной и прозрачной, как хрусталь, лазурью, и Роксана беззаботно устремилась на очередную экскурсию. Но стоило ей отойти от “Паловерде” на несколько сот футов, как налетел ветер, по льду закрутилась поземка, корпус и мачты китобоя в считанные мгновения скрыла непроглядная белая пелена, и миссис Мендер с ужасом обнаружила, что заблудилась и не знает, куда идти.
Большинство китобоев придерживаются вековой традиции не брать в промысловые рейсы женщин. Однако далеко не все их жены покорно соглашались сидеть дома в одиночестве по три-четыре года, пока муж в плавании. Роксану Мендер тоже не прельщала перспектива коротать тысячи тоскливых часов в разлуке с любимым. Она была сильной, выносливой и целеустремленной женщиной, хотя и миниатюрной – едва пяти футов ростом и меньше сотни фунтов весом. Живые карие глаза, привлекательная внешность, веселый и неприхотливый нрав снискали жене капитана всеобщую симпатию. Миссис Мендер легко переносила тяготы и скуку затяжных рейсов и никогда не жаловалась на морскую болезнь. В своей крошечной каютке она родила сына, которого назвала Сэмюэлом, да и сейчас была на третьем месяце беременности, хотя пока еще не поставила мужа в известность об ожидающемся прибавлении семейства. С командой она моментально нашла общий язык, нескольких матросов научила читать, безотказно писала письма женам и родственникам членов экипажа и с готовностью брала на себя обязанности сестры милосердия, если на борту появлялись больные или раненые.