Он слышал о ней, когда еще был в деле. Они никогда с ней не пересекались и, судя по тому, что Дэвид знал об этой наемнице, такой вариант был лучшим…, на самом деле.

Потому что, доведись им встретиться пару лет назад, когда он еще работал — встреча закончилась бы чьей-то смертью. А он был слишком самоуверен, чтобы считать себя слабей. Сейчас же…, Дэвид был доволен, что она жива, и находится в его постели.

Бросив взгляд на циферблат наручных часов, он подумал, что вполне может поспать и сам, наслаждаясь теплом прижавшейся к нему Софи. И решив, что четырех часов должно быть достаточно, крепче обнял крошку, почти накрывая ее своим телом.

Она ушла.

Нет, ей не удалось уйти незамеченной, Дэвид прекрасно знал, когда Софи проснулась, и выбралась из его объятий.

Так же, как и ей было известно, что он знает об этом, наблюдает из-под полуприкрытых век. Но… Бастет упорхнула в неизвестном направлении, а он не знал, куда, и не был уверен, что готов с ней расстаться. Не сейчас, по крайней мере.

И странное чувство, греющее душу, которой у него не должно было остаться, от того, что Софи ушла, прихватив с собой его рубашку, укутавшись в нее, взамен порванного им платья — лишь больше укрепляло его в этом подозрении. Он к ней… привязался, пожалуй, как ни странно это могло для него звучать.

Раздраженно хлопнув дверью кабинета, то, чего никогда не позволял себе, даже в очень не уравновешенном состоянии, Дэвид быстро направился к столу. Поверх бумаг все еще валялся брошенный Кевом конверт, который Дэвид не собирался рассматривать.

И сейчас такого желания не было. Но Жнец знал правила.

С момента предложения прошло четырнадцать часов. Два часа назад, не дождавшись звонка от него, заказчик перенаправил заказ другому.

Знала ли Бастет об этом? Имела ли представление, что на нее объявлена охота вне правил?