Видят боги: Стикс с удовольствием продолжал бы скрываться у себя в пещерах.

В течение нескольких веков он вел монашескую жизнь и охранял Анассо, предводителя вампиров.

Но теперь, со смертью Анассо, Стиксу пришлось взять на себя роль вождя, и оказалось, что прятаться больше невозможно, поскольку проблемы возникали одна задругой.

Это вывело бы из себя даже самого терпеливого демона.

— Я всегда счастлив видеть тебя, Стикс, но должен предупредить, что моих людей нервирует твое появление среди нас, — проговорил Аспид. — А если ты не перестанешь так хмуриться, они начнут бояться, что скоро останутся без главы клана.

Стикс осознал, что позволил своему вниманию рассеяться, и резко выпрямился в кресле, обтянутом дорогой кожей. Рука инстинктивно коснулась костяного медальона, висевшего у него на шее.

Это был символ его народа.

Более того: считалось, что это — способ передавать души от одного поколения другому.

Конечно, будучи вампиром, Стикс не имел четких воспоминаний о прежней жизни. Однако это не мешало ему придерживаться хотя бы нескольких самых священных традиций ацтеков.

— Я не хмурюсь.

Аспид криво улыбнулся:

— Не забывай, Стикс: у меня есть супруга, а это значит, что я хорошо знаком со всеми видами хмурых взглядов. И ты, друг мой, определенно хмурился. — Улыбка светловолосого вампира погасла, и он устремил на своего собеседника внимательный и умный взгляд: — Что тебя тревожит?

Стикс секунду колебался, а потом вздохнул. Ему придется попросить помощи.

Как глава клана этой территории, Аспид знал Чикаго лучше, чем любой другой. Было бы сверхъестественной глупостью не принять его помощи.

— Дело в оборотнях, — лаконично бросил Стикс.

— В верах? — Аспид тихо зашипел. Вампиры и шакалы враждовали также непримиримо, как фанаты двух футбольных команд. — Что за кашу они заварили?