Люциан усмехнулся, слыша, как снаружи ворчит и чертыхается Томас. Племянник все еще возился с задней дверцей, боясь уронить либо девчонку, либо аппарат для переливания.

— Хоть бы дверь мне открыл, — буркнул Томас, садясь за руль.

— Зачем? Ты и сам прекрасно справился, — отозвался Люциан.

Покачав головой, Томас включил зажигание и тронулся с места.

— К тебе? — поинтересовался он, выруливая на шоссе.

— Нет, к Маргарет, — ответил Люциан и почувствовал, что племянник скосил на него недоуменный взгляд.

— А она знает, что ты едешь?

Представив выражение его лица, Люциан нахмурился.

— А что?

— Да так, ничего, — мотнул головой племянник и едва слышно пробормотал: — Думаю, все уладится.

Люциан хотел поинтересоваться, что он имеет в виду, и даже открыл уже рот, но в этот момент лежавшая сзади Ли вдруг вскрикнула и, заметавшись, начала пинать ногами дверцу. От неожиданности Томас вздрогнул, машина тут же вильнула в сторону и, прежде чем он ее выровнял, успела пересечь разделительную линию. К счастью, встречная полоса в эту минуту была абсолютно свободна.

Никак не реагируя на происходящее, Люциан смотрел в лобовое стекло, осознавая, что Томас бросает на него обеспокоенные взгляды.

— Ты не мог бы ей как-то помочь? — спросил наконец племянник, видя, что пассажирка и не думает прекращать свое буйство.

— Я это уже сделал… Я не стал ее убивать, — холодно проговорил Люциан. — Сбавь скорость. Ты ничуть не лучше всех этих таксистов.

— А ты ездишь, как черепаха, — огрызнулся Томас и через секунду тихо выругался: — Черт, ну есть же лекарства, чтобы ее угомонить!