Нелли прищурилась, глядя на Микки. А Микки, не осознавая того, с некоторым вызовом взмахнула рукой, отбрасывая волосы за спину, и продолжила:

- Ладно, я услышала это… этот… шум прямо за спиной. Сначала я подумала, что это связано со спектаклем, который как раз репетировали в парке.

- А, да… Представление в парке, которое будет идти в первую неделю ноября. Я почти забыла. А что они ставят в этом году?

- «Медею», - ответила Микки, криво улыбаясь.

- Значит, странный звук со сцены в парке не должен был показаться слишком уж удивительным.

- Верно, если не считать того, что я услышала рев… рычание, и хотя я не перечитывала эту пьесу после окончания школы, не думаю, что в «Медее» есть дикие звери.

- Ты слышала голос льва?

- Я не знаю… Немного похоже на льва… но это было что-то другое.

Микки снова замолчала. Она прекрасно знала, что услышанный ею рык не был похож на голос обычного обитателя зоопарка. В нем звучало одиночество… рвущее сердце, полное, абсолютное, ужасающее одиночество. И в нем было что-то человеческое. Но об этом Микки не собиралась говорить подруге. Она все-таки была не настолько сумасшедшей… по крайней мере, пока. И она продолжила рассказ:

- Да, я прекрасно знаю, что зоопарк находится на другом конце города, и даже если бы лев или еще кто-нибудь исходил там рыком, все равно я не смогла бы его услышать от Вудворд-парка. Но клянусь, я слышала именно рычание. Как ты можешь и сама догадаться, меня это удивило, и как только я дошла до тротуара, сразу обернулась. Парка было почти не видно, потому что воздух был полон то ли пара, то ли… Я не знаю, черт побери, что это было такое. Ну знаешь, как потоки горячего воздуха, что поднимаются от нагретого асфальта в середине лета. Я подумала, что у меня что-то случилось с глазами, поморгала, потерла их… А когда снова их открыла - парк исчез.

Нелли нахмурилась, сдвинув брови к самой переносице.