Я подумала, что на этом и все закончится, но когда я протянула ему книгу и спросила, что он планировал с ней делать, Сэм ответил, что еще не знает. Я знаю своего брата. Если я попытаюсь принудить его выбросить книгу, ему еще больше захочется оставить ее. Часть меня говорит рассказать обо всем родителям, но другая, большая, часть боится того, как они отреагируют.

Богиня, дай мне мудрость. И дай мне мужество, чтобы жить в доме с этой злой книгой.

Сара Кертис.

Красный кирпич стен средней школы Видоуз-Вэйла выделялся на фоне серого февральского неба. Я попыталась струсить с себя уныния, что наполняло меня, пока я медленно шла к входной двери. Утро — не самое лучшее время для меня, а короткие зимние дни не улучшали мне настроение. Как и то, что Мери-Кей поехала в школу со своей подругой Сьюзен Уоллис, а не со мной. Она не разговаривала со мной.

— Эй, Морган! — Дженна Руис остановила меня, когда я вошла в холл. Ее светлые волосы были собраны в хвост, на ней были коричневый свитер и темные джинсы. Из-за нерешительной улыбки она казалась юной и неуверенной в себе. Забавно вспоминать, что до того, как я вступила в ковен, я считала Дженну немного пугающей.

— Тебе туда? — спросила она, кивая головой в сторону лестницы, ведущей в подвал, где зимой постоянно собирался наш ковен.

Я убрала прядь волос за ухо.

— Куда же еще? — ответила я, и мы зашагали рядом.

Дженна распахнула дверь на лестницу. Большинство ребят из нашего ковена уже собралось. Мой лучший друг, Робби Гуревич, сидел на нижней ступеньке, прислонившись к коленям Бри Уоррен. Ее руки лежали у него на плечах. Итан Шарп и Шарон Гудфайн сидели чуть выше с левой стороны.