– Давай руку! – крикнул я и рванул к ней. Но жена плохо умела плавать, а течение неумолимо тащило ее за собой, поэтому ей приходилось выбирать – тянуть ко мне руку, или грести обеими. Она выбрала второе решение и была, конечно, права – дотянуться до меня она все равно уже не могла.

Я стал отчаянно грести, но то ли слишком выбился из сил, то ли Ольга попала в стремнину, только расстояние между нами все увеличивалось. Я рванул так, словно от этого рывка зависела моя жизнь! Да что там моя – от него зависела жизнь Оли, а это было для меня гораздо важнее…

Я почти успел. Почти догнал Ольгу; еще чуть-чуть, каких-нибудь полметра – и я бы смог дотянуться до нее!.. Но этой половины метра мне и не хватило. Рядом с женой закрутилась вдруг небольшая воронка. Я сначала не придал этому значения, но тут Оля вскрикнула – впервые за все это время, – ее развернуло, повело в сторону, и она исчезла под водой. Я завопил, глотая попутно воду, и нырнул следом, даже не набрав достаточно воздуха. Меня тут же подхватил водоворот и потянул вниз, чему я был даже рад. Наконец-то я разглядел совсем рядом под собой бьющую руками и ногами Ольгу. Теперь я до нее дотянулся – рука скользнула по голове. Я мгновенно сжал пальцы в кулак, прихватив Олины волосы, и стал толкать свое тело вбок, чтобы выйти из смертельной воронки. Несколько растянутых в вечность, обдавших ледяным ужасом смерти секунд ничего у меня не получалось – нас засасывало все глубже и глубже, а потом, словно и не было никакого водоворота, мне удалось это неожиданно легко, и я потянул жену вверх – к спасительной поверхности. Вынырнув и глотнув воздуха, я тут же погрузился снова и вытолкнул из воды Ольгу. Глаза ее были закрыты, лицо побелело.

– Дыши! Дыши! – заорал я, и, держа Олю одной рукой, другой попытался хлопнуть ее по щеке.