Светловолосая еще с пару минут поболтала, затем попрощалась и убрала телефон в сумочку.

Катя подкралась поближе, раздумывая, как лучше следует напасть. На какой-то миг представив, как сейчас повалит на землю эту расфуфыренную красотку, девушка чуть не рассмеялась.

А когда уже приготовилась к прыжку, незнакомка задрала голову и неожиданно тихонько запела:

- A-а облока-а-а, белогри-ивые лоша-адки-и, не смотрите вы, пожа-а-алуйста, с-вы-ысока-а, а обла-а-а…

Катя растерянно посмотрела на черное небо, на котором и в помине не было никаких облаков и все-таки засмеялась.

Светловолосая обернулась, они встретились взглядами. Девушка смущенно пожала плечами, мол, с кем не бывает и, улыбнувшись, зашагала прочь.

Катя с тихим вздохом проводила ее взглядом. В том внезапном порыве незнакомой девчонки запеть, она увидела саму жизнь, почувствовала маленькую человеческую радость так, словно она была ее собственной. Светловолосая неожиданно перестала казаться противной и расфуфыренной, а показалась обычной девчонкой, которая по-глупому счастлива оттого, что не стала поливать кактус и не дала ножницы своей козе-начальнице.

Человеку было нужно так мало для радости.

Заиграло что-то из Шопена, мелодичное и не сильно отвлекающее. Девушка развернулась и пошла назад к подземному переходу. Сейчас ей хотелось бы увидеть выражение лица Лайонела. Что он бы подумал, увидев эту девушку с ее глупейшими проблемами и маленькой радостью от победы? Какие эмоции мог бы вызвать у старого вампира вот такой крохотный пазл из огромной картины под названием Чувства Человека? И способны ли вообще вампиры замечать такое?

Не разучится ли вскоре замечать она сама?

Катя перебежала дорогу. В ногах ощущалась легкость и сила. Сырой ночной ветерок трепал волосы, ласкал лицо, воздух очистился от машин, людей, и запах весны стал пронзительнее.

Девушка решила пройти от метро наискосок до нужной улицы. Дворы встретили тишиной, ярчайшим светом фонарей и вонью помоек.