А то подумаешь! «Моя, моя»!..

Тем временем Гномыч отыскал свечку, дал ее Филе.

— Спасибо, — вежливо сказал Филя Зайчик. — Ну я поскакал, а то у меня там все заячье семейство в темноте сидит. Филя убежал, Гномыч вернулся к своим делам. Немного погодя ковыляет к нему Изюмка и жалобно так ноет:

— Ск-у-у-учно мне!

— Почему же? Играй с куколкой. Теперь у тебя никто ее просить не будет.

— А как с ней играть? Я уже покормил ее и спать уложил.

— Жаль. Мне с тобой в куклы играть некогда. Ботинок чинить надо. Вот был бы здесь Филя, он-то уж обязательно какую-нибудь игру придумал. Их, зайчат, вон сколько. Они много всяких игр знают.

Изюмка долго думал, потом тоже согласился:

— Да, жалко, что нет Фили.

— Верно: жалко, — подтвердил Гномыч. — У него бы нашлось время с тобой поиграть.

И когда через несколько дней Филя принес назад свечку, Гномыч сказал зайчонку:

— Поиграй, Филя, с Изюмкой!

Филя обрадовался приглашению. Ведь его братцы съели весь Филин заячий полк, сделанный из капустных кочерыжек.

Забрались они вместе с Изюмкой в подпечек и затеяли там игру: будто их Куку-куколка заболела и нужно срочно вызывать к ней доктора.

Сначала Филя был за доктора. Потом Изюмка накинул на плечи вместо халата белое полотенце и сам стал доктором. Позднее это же полотенце снова сделалось халатом, только теперь уже — на парикмахере. Поочередно стригли куклу — то Филя, то Изюмка. От этого у Куку-куколки волосы становились все короче и короче, пока она совсем без волос не осталась.

Пришлось ей новые волосы приклеивать — из кукурузных усов. Потом Изюмка вместе с Филей песенку ей пели. Колыбельную.

Словом, такая у них хорошая игра получилась, что Филя и домой идти позабыл. Ладно, старый Грач напомнил, постучал в окошко клювом:

— Эй, Филя, слышал я мимолетом: ругают тебя дома, что ты до сих пор где-то еще бродишь!