Фиона нагнулась, чтобы убрать выбившийся локон с влажного лица подруги.

- Ведь он не успеет вовремя, да? - Этейн не смогла скрыть дрожь в голосе.

- Конечно успеет, - твердо сказала Фиона.

- Я не должна была настаивать, чтобы он ушел. О чем я думала?

Фиона безуспешно попыталась сдержать смех, душивший ее, и ответила:

- Погоди-ка… Ах, да! Кажется, припоминаю, что ты сказала. Мол, если он не уберется из-под ног и не перестанет ежесекундно спрашивать, как ты себя чувствуешь, то ты спустишь с него шкуру. Да, что-то вроде этого.

Она так точно изобразила Этейн, что несколько женщин, находившихся рядом, рассмеялись.

- Я просто дура, - простонала Избранная. - Только дура отослала бы мужа прочь, когда находится на последнем сроке беременности и может родить в любой момент.

- Друг мой, - Фиона присела рядом с Этейн и сжала ее руку, - Мидхир будет здесь вовремя, до рождения дочери. Ты ведь знаешь, что Мойра найдет его.

Она знала. По крайней мере, разум Воплощения Богини говорил ей, что Мойра, лучшая охотница Партолоны, обязательно сможет выследить и найти ее мужа, которого она вместе с несколькими товарищами прогнала вчера на ночную охоту. Роженица съежилась, вспомнив, каким резким и раздраженным голосом сказала ему, что еще лучше, если и на дневную. Но сердце и мучающееся тело говорили ей о том, что ребенок родится совсем скоро, независимо от того, будет ли рядом его отец.

- Он нужен мне здесь, Фиона.

Слезы застлали ее взгляд.

Прежде чем подруга успела ответить, начались очередные схватки, и Этейн крепко сжала руку женщины, стоявшей рядом.

- О! Как больно!

Она задохнулась, чувствуя тошноту и страх.

Но сразу же Избранную окутали прохладные, успокаивающие голоса женщин, напевающих мелодию родильной песни.