Брат, весь такой правильный и идеальный, добрый и понимающий,

… который, как по мне, лучше в Ангелы сразу шел, чем засиживался на этой чертовой землишке.

И бабуля — вечно брюзжащая, маразматическая старушенция, день и ночь сетующая на мое "распутное" поведение и пропащую душу.

В общем, не дом родной — а сплошное осиное гнездо, где здравомыслящему сутки провести — лучше сразу… повеситься.

* * *

Мать. Дорогая моя матушка. Ты заслуживаешь отдельного слова. Ты… и все твои "страдания".

…будучи единственным ребенком в семье, разбалованной до жуткого "не хочу", и в последствии — первой красавицей в (хоть и провинциальном, но не малом) городке, не удивительно, что так поступила.

… наполеоновская замашка "покорить весь мир" (или хотя бы устроится так, чтобы жизнь казалась малиной) взяла верх: ты наплевала на всякие там принципы, уклады, чужую молву и уговоры собственной матери — рванула на деньги (с трудом накопленные опять-таки не тобой же, а бабулей) за границу. Нет. Не на заработки: не из того ты полотна соткана! Рванула за своим "новоиспеченным мужем" (так вы быстренько уладили вопрос с гражданством и лишними расходами), богатеньким Альбертом Алкеном, в Штаты.

Год, два прожили. Прожили?

Промучились!

…

Ты давно залезла ему на шею… и все ерзалась, да ерзалась — пыталась поудобнее устроиться, да так, чтобы уже никогда оттуда не слезть.

И вот оно: "гениальная мысль". Ребенок! В общем, с горем пополам, на четвертом месяце беременности наш Американец (который ЯВНО не собирался этой "безмозглой кукле", то есть тебе, посвящать всю свою недолгую и такую драгоценную жизнь) узнает, что скоро станет папенькой.

ПАПЕНЬКА??? Шмотки в руки — и долой, да так что… только искры из-под пят засверкали.