Прочитав его мысли, Лисианна с некоторым изумлением узнала, что твердая выпуклость, доставившая ей столько беспокойства, на самом деле была огурцом, который этот идиот сунул себе в штаны, его широкие плечи своими размерами были обязаны ловкости портного, а симпатичным бронзовым загаром Дуэйн обзавелся не на пляже, а с помощью тонального крема. Ему пришлось прибегнуть к этой хитрости, чтобы скрыть нездоровую бледность, бывшую признаком… Черт возьми! Да у него анемия!

Лисианна, выругавшись, с омерзением сплюнула в сторону. Острые клыки с легким щелчком втянулись в десны, пока она брезгливо разглядывала свою жертву. Лишь повинуясь привычке, она заглянула в его мысли, чтобы потом, как обычно, стереть его воспоминания. И теперь ее вдруг волной захлестнула злость на этого человека…

Да и Мирабо тоже хороша, недовольно подумала она. В конце концов, это ее подруга настояла, чтобы она согласилась выйти с ним ненадолго — «куснуть по-быстрому», как они это называли. Зная, что в такой день мать наверняка приготовила для нее что-то изысканное, Лисианна решила терпеть до дома, где ее ждал праздничный ужин в честь дня ее рождения, и уже там попировать в свое удовольствие. Но подруги — Мирабо и ее кузина Жанна — наперебой твердили, что она, мол, бледна как смерть и поэтому Маргарита Аржено, едва увидев дочь на пороге, заставит ее сделать переливание крови.

Поэтому, заметив, что Дуэйн положил на нее глаз, Лисианна не стала особенно сопротивляться, позволив Мирабо уговорить ее выйти с ним ненадолго и «куснуть по-быстрому». И в результате нажила себе проблему. Прошло несколько минут, прежде чем она сообразила, что что-то не так, и еще несколько, пока она наконец догадалась, что ее жертва страдает анемией. Оставалось только надеяться, что она не успела высосать из него много крови.

Лисианна с сомнением и некоторой брезгливостью разглядывала Дуэйна. Даже сейчас, под слоем жидкой пудры цвета загара, по лицу мужчины разливалась нездоровая бледность… к счастью, он хотя бы достаточно уверенно держался на ногах.