Я не могла понять, что это было.

Не могла…

(или, просто, не хотела признаваться сама себе?)

Увиденные, увиденные картины… правды… напрочь списывали рассудок со счетов. Все попытки объяснить логически, адекватно… происходящее, скатывались к нулю.

В какое-то, крайнее для моей смелости и остатков храбрости, мгновение… захотелось дико завизжать и тут же броситься наутек.

Но нельзя. Нельзя.

"Не теперь", — обреченно проконстатировал разум и тихо запищал от ужаса.

Виттория продолжила свое шествие, и я была вынуждена идти за ней.

Попытки не отставать, вести себя манерно, сдержано, уверенно…

Но…

Дрожат руки, ноги подкашиваются…

Приступы тошноты… волнами подкатывают к горлу, душа и туманя сознание.

Иду. Иду вперед, пытаясь бессмысленно смотреть пред себя и не обращать внимание на…

Мужчины и женщины, представители "сливок общества", шикарно разодетые, галантные, правильные, вежливые, воспитанные как Леди и Джентльмены, доныне казавшиеся мне эталоном правильности и идеальности, сейчас превратились в мерзкий разврат…

Плотские игры, лобзания, страстные, гадкие, похотливые объятия…

И, и, И! как бы не хотелось признаваться, но… все это сопровождалось каким-то умопомешательством…

Вместо поцелуев… были укусы… УКУСЫ… кровь текла… по шее, рукам…

Текла рекой, и никто не пытался ее сдерживать.

Играясь, смакуя…. они слизывали капельки, ручейки багровой жизни…. наслаждаясь безумием.

И пусть все это было скрыто полумраком, шальными взрывами дурманящей, эйфорической музыки, все казалось ничем иным, как больной оргией наркоманов.

Это… это хуже, чем просто вечеринка… под дозой. Это хуже даже чем закрытое пати, где все до последнего под прессом ЛСД.

Это был… порочный ад, даже для такой больной меня, как я теперь.