Она не могла ответить. Хотела, открывала рот, чтобы произнести слова, но не могла издать ни звука. Только хрипло втягивала воздух, ощущая удушье. Ярина не видела, что мать рванулась к ней, испуганная таким состоянием дочери, но Пит, подхватив девушку за руки, покачал головой, не позволяя взволнованной женщине приблизиться. Он потянул Ярю, заставляя сесть на диван, отрывая скрюченные пальцы от обивки, и сам опустился на корточки перед ней.

— Яря, сосредоточься, пожалуйста. От этого много зависит. Ты же знаешь, не раз видела это у нас на работе. — Пит накрыл ее руки своей ладонью и сжал, пытаясь ободрить. — Мы ищем их, Ярина, поверь мне, Департамент делает все возможное. Но нам нужна помощь. Поэтому, пожалуйста, сосредоточься и подумай, когда ты видела Алека или говорила с ним по телефону в последний раз?

Ярина пыталась, правда, старалась сделать именно то, о чем ее просил Пит, понимая, что своей истерикой, сейчас, ничем не поможет. А потому, с силой сжав пальцы, так, что ногти до боли врезались в кожу ладоней, она постаралась проглотить комок, перекрывший горло.

— В десять утра, вчера. — Прохрипела Ярина, и сама не узнала свой голос. Но не обернулась, слыша, как сзади сдавленно охнула мать. — Он звонил мне в десять, Пит. Говорил, что едет на расследование, и обещал позвонить после. Но не позвонил. — Ее голос прервался, и Ярине пришлось прикусить губу, чтобы не завыть от страха.

— Ты не знаешь, ничего не случалось с ним в последние дни? — Пит чуть сильнее сжал ее ладони, видя, насколько сложно Яре давалось каждое слово. — Может ему кто-то звонил, какие-то проблемы, враги? Он ничего не говорил такого? — Следователь внимательно смотрел на девушку.