— Кушать подано, господа.

Во время обеда мы молча поглощали еду и переваривали сказанное ранее. Интересно, за то, что Миона сотворила с мамой, её реально могут наказать? А почему нет? Если закон предполагает наказание за физическое нападение на людей, то в мире, где существует магия — необходимо предусмотреть и нападения не просто силой — а магией. Также, как иметоды наказания таких правонарушений. Другое дело, что вряд ли сейчас станут заниматься такими вопросами, когда всё государство занято войной с уртварами. Не до того просто сейчас.

Ой, о чем я думаю, а? У меня наконец-то есть папа, мама, любимый муж, братья, и даже сестра! А еще у меня будет ребенок! А я вновь за свое: уртвары, война, наказания… Нет бы о чем приятном в праздник подумать… Хотя… жизнь действительно такая сложная штука — не успеешь насладиться покоем и тишиной — как тут же тебя с головой засыпают проблемами от и до и ты уже по привычке думаешь о проблемах даже во время праздников.

Отец тоже молчал, переваривая информацию. А после десерта поблагодарил нас с Максом за гостеприимство и уехал. Я была только рада этому. Мы с мамой и сестрой остались в гостиной, мужчины же поднялись в кабинет.

Мама меня наверное минут мять рассматривала, прежде чем сказать:

— Изменилась… Ты совсем изменилась, Аня. Хотя это и понятно, после того, что произошло… Рассказывай, как ты встретила его, какой он трайр, не жалеешь ли.

Я хмыкнула, отведя взгляд. Могла ли я рассказать правду маме? Не могла. Она и так переживает за меня, а после рассказа… Тем более, что официльно эмпа Фар-Руна умерла. Значит, отредактированную версию? Нет, не подходит. И снова сыграть в игру "да и нет не говорить"? А у меня есть выбор?

— Я не хочу вспоминать о том, как мы встретились, мам. Прости. Насчет того, какой он… Разный. С уртварами — беспощадный, с подчиненными — строгий, со мной — любящий. Он тот, кто мне нужен. И я та, кто нужна ему.