А если она вдруг несет оружие массового поражения и применит его над Россией, то Европе все равно несдобровать. Так что обязательно надо сбить ее сейчас, пока она движется над безлюдными районами Крайнего Севера.

В теории все выглядело логично, но сбить объект не удалось.

В это же самое время американские самолеты дали предупредительный залп по "цели 150", залетевшей на Аляску по 150-му западному меридиану.

Канадские перехватчики сблизились с "целью 60", угрожавшей Лабрадору, но огня пока не открывали.

Стало ясно, что объекты разошлись от полюса по меридианам под углом девяносто градусов друг к другу – буквально на все четыре стороны, но оставалось загадкой, что они собираются делать дальше.

Попытки выйти с четырьмя объектами на связь успехом не увенчались.

Войска противовоздушной обороны, поднятые по тревоге чуть ли не в полном составе, выжидали. На "цель 120" были наведены ракеты "земля –воздух", и пальцы операторов уже дрожали на кнопке "Пуск", но приказа уничтожить цель не поступало. Возможно, потому, что в высоких штабах не были уверены, что эту цель вообще можно уничтожить.

А майор Богатырев на своем "миге", обогнув кусок норвежской территории, снова вылетел наперерез "цели 30", мрачно напевая себе под нос любимую песню пилотов истребителей-перехватчиков:

Призрачно все в этом мире бушующем,

Есть только миг – за него и держись…

За свой "миг" Богатырев держался крепко, но не исключал, что придется катапультироваться, если пришельцам надоест вяло отмахиваться от ос, окруживших черный корабль, и они решат прихлопнуть какую-нибудь из них.

Правда, было сомнительно, что в этом случае он успеет дернуть за рычаг катапульты раньше, чем разлетится на атомы в ослепительной вспышке.

Но сейчас это было уже не важно. Оставив Мурманск по левому борту, объект двигался прямо на Питер, и Богатырев без труда подсчитал, что подлетное время на этой скорости – всего полтора часа.