— Так, все более-менее ясно, — пробормотал Венцеслав и потер лоб.

Я видела, что его мучают какие-то мысли, он пытается принять решение, и замерла, ожидая, что он мне скажет.

— Злата и ее мать, как я сейчас понимаю — приемная, появились у нас в селении много лет назад, — начал он. — Тогда Злате было всего года четыре. Но волосы у нее были светлые! А ведь у всех славов они именно такие. Только черные рыси рождают детенышей с черной шерстью, а в облике детей они черноволосые.

— Настоящая мать Златы осветлила ее волосы в кислотном ручье в запретной зоне, — пояснила я. — А потом, когда Злата выросла, она всем сказала, что красит волосы в черный цвет, чтобы выглядеть более эффектной и добиться успехов в модельном бизнесе. Но на самом деле это был ее природный цвет волос.

— Понятно, — после паузы сказал Венцеслав и снова потер лоб.

Я видела, что он нервничает все сильнее, но не могла понять причины, ведь я уничтожила душу Златы и опасность миновала. Так что же его мучило?

— Отец, лучше все рассказать Лиле! Сами мы с этим не справимся! Она должна знать! Ведь мать Златы жива!

Я вздрогнула, вспомнив, что ночью, когда наслаждалась новым состоянием звериной силы в облике рыси, бегала по тайге, а потом взобралась на сосну, увидела на ней клочок черной шерсти. Мало того, я учуяла запах рыси. Но после обряда я находилась в таком беззаботно‑счастливом состоянии, что не хотела думать об этом и решила заняться проблемой на следующий день. И вот он наступил! Хранители вызвали меня, и речь идет именно о черной! А что я хотела? Я знала, что у Златы имеется настоящая мать, и глупо было думать, что она оставит все так, как есть. Я убила ее дочь… Неужели она выслеживала меня? Я содрогнулась, но только такое предположение было верным, и я это отлично понимала.